Истории любви

Был обычный осенний вечер. Моросил дождь, и желтые листья покрыли ковром дорожку парка, по которой гуляла  наша героиня.

Ее лицо было покрыто капельками воды. Может, это были дождинки, а может быть и слезинки, так как Ирина – так зовут нашу героиню – в этот вечер думала и грустила. Думала и грустила о своей жизни. Повод для этого дал дневник двадцатилетней давности, который она случайно обнаружила в шкафу в доме своих родителей, в который не заглядывала уже лет пятнадцать. Ирина в тот же вечер начала читать его.

 20 мая 2000 года

Уф. Сегодня я наконец-то сдала последний экзамен в школе – математику. Я – свободна!!! Свободна и потому счастлива! Счастлива еще и потому, что мой любимый Н.Б. снова со мной. Забыты все ссоры, все проблемы. Он сказал, что любит только меня. И что мы поженимся, как только я сдам вступительные экзамены на музыкальном факультете. Я так счастлива, что мне иногда становится страшно, что это счастье когда-нибудь пройдет….

 20 июля 2000 года

Я люблю его! Люблю! Люблю!  Люблю! Люблю! Люблю, люблю…Скоро, через какой-то месяц, который, я уверена, пролетит как один день, я стану Его женой.

Конечно, наша свадьба – самое главное событие моей жизни. Но, перефразируя известную поговорку, счастье не пришло одно. Кроме того, я поступила на музфак. На вступительных экзаменах я так хорошо сыграла каприс Паганини и так хорошо спела „Ave, Maria“ Каччини, что в обоих случаях приемная комиссия аплодировала мне стоя.

И еще, к моему невероятному удивлению, мне пришло приглашение в Италию на конкурс скрипачей имени Никколо Паганини. Конечно, участие в нем – большая удача, но и большая ответственность. Конкурс будет через год, но уже сейчас надо начинать заниматься, готовить конкурсные произведения. Иначе призового места не занять. Честно говоря, я даже не знаю, как я буду сочетать учебу, семью и подготовку к конкурсу. Но мой любимый, мой ненаглядный Ники говорит, что освободит меня ото всех домашних забот, чтобы я могла сосредоточиться на творчестве. А дети? Ну что дети? Конечно, дети – цветы жизни, но в данный момент такие «цветочки» мне не нужны. И Ники совершенно со мной согласен. Мы оба еще слишком молоды, надо сначала пожить для себя.

 15 июня 2001 года.

«Игорьку уже месяц. Он такой лапочка, я его так люблю. А вот его папочка, некогда так мною любимый… Ой, кажется опять идет! Все, кончаю писать, а то как бы хуже не стало.»

Когда Ира прочитала эту запись, ей стало дурно, настолько красочно представились ей события того далеко не прекрасного вечера, который окончательно перевернул всю ее жизнь.

… В тот вечер её любимый Николенька, как она его тогда еще называла, как всегда ( страшно подумать: как всегда!) пришел домой пьяный и одурманенный порцией еще какого-то зелья. Ирина, уже привыкшая (привыкшая!) к подобному состоянию своего мужа, подошла к нему с сыночком на руках, чтобы поцеловать. Но…. Она очнулась, уже лежа на полу. Рядом лежала разбитая в щепки скрипка и сломанный смычок. Сильно болела голова. Попыталась пошевелить ногами и руками – ничто не действовало. Насколько поворачивалась голова Ирина стала оглядывать квартиру, ища сына. Игорь лежал у окна. Спал, наверное.

… Долгие, долгие месяцы провела она в больнице, залечивая переломы рук, ног, бедер, ребер, повреждения внутренних органов. Только спустя год она снова оказалась на ногах.

Уже в больнице её ждал новый удар судьбы. Когда она попыталась узнать что-либо о том, как жила ее семья этот год без неё, Ирине сообщили весть, от которой у нее потемнело в глазах и подкосились ноги. Её сынулечка, её кровиночка, плод её любви Игорек уже год как был мертв. «Мертв! Мертв!! Мертв!!! Мертв!!!! Мертв!!!!!» Это слово набатом звучало в её голове пока она добиралась домой, чтобы найти там утешение в объятиях любимого (как все-таки странно устроены женщины: всё ещё любимого) Колечки.

Но вместо любимого мужа в квартире её ждала пожелтевшая от времени записка со множеством непечатных выражений и еще более непечатных оскорблений, суть которых сводилась к следующему: он нашел себе другую женщину, он её любит и будет жить с ней, а на Иру и её «щенка» (так он назвал собственного сына) ему плевать.

… Уже не было сил плакать, и слезы просто текли сами по себе. Не было сил думать, не было сил жить.

Но «слабая» женщина все-таки выжила, назло судьбе. Постепенно, миллиметр за миллиметром, выкарабкивалась она из лап боли, отчаяния и недоверия к людям. Несмотря на все беды, обрушившиеся на ее голову, она стала еще красивее, еще обаятельнее,  еще жизнерадостнее, чем была раньше. Мужчины у её ног «сами падали и в штабеля укладывались».

И вот наконец появился Он, не принц на белом коне, но человек. По странному стечению обстоятельств его тоже звали Николаем.

Сначала Ирина боялась всего: его лица, его глаз, его рук (особенно рук!). Общения с ним. Она была похожа на маленькую, испуганную мышку. Но этот Николай был абсолютной противоположностью того, из прошлого. Он был нежен с ней и достаточно мудр, чтобы не спрашивать о причине её страха. Он просто был РЯДОМ с ней, поддерживал, если требовалась его поддержка, сочувствовал, если ей было нужно его сочувствие, советовал, если ей был нужен его совет. И, как потом выяснилось, все больше и больше убеждался, что Ирина именно та Женщина, которую он искал всю свою самостоятельную жизнь.

Постепенно её сердце оттаяло и однажды, когда Николай предложил ей руку и сердце, она ответила «Да!».

… Свадьба была просто великолепной, а Ира – прекраснейшей из невест. Она снова просто светилась от счастья и снова ей было страшно, что счастье пройдет, что она проснется…

Но это была жизнь, и ее счастье с каждым днем росло и увеличивалось в размерах. Как, впрочем, и её живот. Через 10 месяцев после свадьбы родился сын, которого, конечно же, назвали Игорем. Ещё через год родилась Мария, любимая дочка.

… Шли годы. В жизни Ирины и Николая было много всяких невзгод, но их любовь становилась только крепче. Ирина, хотя и не стала выдающейся скрипачкой, но она учила детей видеть и ценить Прекрасное в жизни и дети (и ее собственные, и ученики) в ней просто души не чаяли.

Компьютерщик Николай основал свою собственную фирму по обслуживанию компьютеров и разработке программного обеспечения.

Дети… О, дети были темой, на которую супруги могли говорить часами. Они очень гордились своими детьми. И это было не просто родительское тщеславие. Игорь и Маша выросли в атмосфере любви и взаимопонимания, которая царила в семье и стали настоящими Людьми, настоящими лидерами. Игорь, как и его отец, стал работать в области компьютерных технологий и, судя по всему, обещал стать серьёзным конкурентом Биллу Гейтсу.

А Маша увлекалась с детства рисованием и выбрала для себя профессию дизайнера. Её работы уже пользовались довольно большим успехом, хотя она ещё только была студенткой дизайнерского отделения худграфа местного колледжа искусств. Определенно, у неё и у её мужа было много поводов гордиться своими детьми…

Обо всем этом Ирина думала, гуляя по парку. И вдруг… она увидела мужчину, который сидел на скамейке. Нет, он не был красавцем с обложки модного журнала, скорее даже наоборот. Он был весь седой, толстый, обрюзгший. Одет он тоже был кое-как: видавший виды коричневый плащ в клеточку, дырявая кепка и неизвестного цвета туфли. Но его взгляд… В его взгляде было что-то такое, от чего у нашей героини мурашки по телу пробежали.

И уже только дома, поздно вечером, когда все члены семьи мирно спали, Ирина снова вспомнила о том странном человеке из парка. Казалось, что она встречала где-то в далеком прошлом если не этого мужчину, то по крайней мере похожее выражение глаз.

Только после бессонной ночи, проведенной в раздумьях, Ирину осенило: Николай! Тот, первый! Господи, как же он изменился! Его никогда нельзя было назвать симпатичным, но теперь… Видимо, несладко пришлось ему в жизни.

И опять: о странная женская душа! Несмотря на все ужасы, что она пережила в первом браке, несмотря на смерть сына, в её сердце проснулась жалость. Жалось и отчего-то сильное желание встретиться. На следующий день  она с огромным трудом дождалась вечера и отправилась в парк. Николай-I не заставил себя ждать. Уже у самого входа в парк она увидела знакомый плащ и знакомую кепку. Не уверенная в правильности своей догадки, Ирина тихо окликнула его:

- Николай?

Человек медленно и с явным трудом повернулся:

- Кхм, а я уж думал, что ты не придешь. Сижу-сижу, а тебя все нет. Но я все-таки рад, что ты меня узнала.

- Что с тобой? Ты так изменился…

- Ты тоже, но, в отличие от меня, только в лучшую сторону. Не зря я тебя искал столько времени.

- Ты? Искал? Зачем? – Ирина еле сдерживала приступ дикого истерического хохота.

- Успокойся, послушай меня. Одно прошу: выслушай меня до конца, пожалуйста.

… Эта история началась, когда мы с тобой еще были женаты. Ты сама знаешь, как я себя тогда вел. Не только окружающие, но и я сам уже поставил крест и на своем будущем, и на своем настоящем…

Голос и руки Николая начали нервно дрожать.

Алкоголь и наркотики заменили мне все: прошлое, настоящее, будущее друзей, семью, любовь… Хотя нет, «друзья» у меня тогда ещё были.

Так вот, однажды я сидел с этими так называемыми друзьями и вдруг увидел Её. Она вышла из машины, прошла мимо нашей компании и скрылась в подъезде. Через друзей-собутыльников я выяснил, что её зовут Ольга. Проявив чудеса находчивости и изобретательности, я с ней познакомился. И с этого момента ходил как в тумане. Если она была ласкова со мной, я возносился на седьмое небо, если нет – готов был убить всех и вся. Именно в один из таких приступов я и «отколошматил» тебя, после чего ты, насколько я знаю, провела год в больнице. Сейчас мне очень жаль, что всё так получилось, поверь, но тогда мне было все равно.

Через какое-то время я предложил Олечке жить вместе. Моей радости не было предела, когда она согласилась. Я летал как на крыльях. Ради нее бросил пить, употреблять наркотики, стал работать как вол, так как моей Оленьке была нужна хорошая еда и хорошая одежда. Через 2 года мы купили квартиру, немного позднее – иномарку «Ауди».

Только одно было плохо: у нас не было детей. Сначала бегали по врачам, на что-то надеялись… Но и эта надежда скоро умерла. Но мы продолжали быть вместе, жили друг для друга. Насколько это возможно, старались наслаждаться жизнью. Но…

Голос Николая сорвался. И они молчали несколько минут, прежде чем он собрался с силами, чтобы продолжить свой рассказ.

… Но год назад все закончилось. Был просто невообразимый скандал. Ольга швыряла вещи, кричала, что я – неудачник, что она совершенно не желает платить за мои грехи. Такой я её ещё никогда не видел. Проявив чувство гордости, я ушёл из дома. Через месяц мы развелись.

Тут Ирина просто взвилась как ужаленная:

- Ну и что? Вторая жена тебя фактически выгнала, так ты решил вернуться к первой? Поздно!

Николай замахал руками, как ветряная мельница:

- Что ты! Что ты! У меня и мысли такой не было! Я знаю, что у тебя есть семья и очень рад, что ты счастлива. Ты вполне заслужила это счастье. Но в последнее время меня всё чаще и сильнее мучает совесть из-за того, что я, хоть и косвенно, но виновен в смерти нашего общего сына. Суд меня оправдал, но моя совесть приговорила меня к пожизненному лишению душевного покоя. У меня нет возможности извиниться перед ним, но тебя я прошу: прости. Прости мне мои грехи. Не держи зла на меня. Молодой был, не ведал, что творил.

От таких слов Ирину начало лихорадить. Но она – сильная женщина и она нашла в себе мужество сказать: «Я прощаю тебя». В тот же момент она почувствовала, как камень неприятия к этому человеку упал с её души. И в тот же момент мрачные октябрьские тучи, словно почувствовав произошедшую перемену, расступились и засияло солнышко.